Форум » Война и люди » офицеры Русского императорского флота и кадеты Морского корпуса во Второй Мировой войне » Ответить

офицеры Русского императорского флота и кадеты Морского корпуса во Второй Мировой войне

denis: Думаю многим будет интересно узнать о тех немногих выживших в революцию русских офицерах, кто был на действительной службе и во второй мировой войне как в советском флоте так и во флотах стран участниц Второй мировой. Пишу в действительной службе нарочно поскольку сужать вопрос только теми кто смог и принять участие непосредственно в боевых действиях несчитаю целесообразным. Поскольку лично я не владею информацией о таких офицерах прошу всех принять участие в создании списка Но для почина привожу 1-ое имя мне известное Матусевич Николай Николаевич (1879-1950) на 1917 год полковник по адмиралтейству, гидрограф, принимал участие в переходе 2-ой Тихоокеанской эскадры Преподаватель кафедры гидрографии Морской академии ВМФ СССР инженер-вице-адмирал P.S. Призываю воздержатся от полимических оценок того или иного офицера дабы не начинать бесплодные дискусии. Особенно в случае участия на стороне Германии или других стран Оси.

Ответов - 68, стр: 1 2 All

Kieler: Из известных мне имен сразу вспоминаются адмиралы Исаков и Галлер...

denis: Kieler пишет: Из известных мне имен сразу вспоминаются адмиралы Исаков и Галлер... пишите сразу что именно вспоминается если возможно))))

Kieler: denis пишет: пишите сразу что именно вспоминается если возможно)))) Исаков, ЕМНИП, из последнего выпуска Морского корпуса, В ПМВ служил на ЭМ "Изяслав", принимал участие в Ледовом походе, в советское время командовал БФ, занимал различные командные и штабные должности. К ВМВ - первый зам. наркома, потом - зам. Сталина (? ЕМНИП), в 1942 (?) ранен на ЧФ, потерял ногу. С детства помню эпизод про телеграмму Сталина примерно следующего содержания: "Держитесь, в случае трагического исхода лучший эсминец флота будет назван Вашим именем". Не довелось, к счастью... Про Галлера не помню подробностей, но ЕМНИП - тоже офицер царского флота.

denis: Спасибо вот уже трое как минимум

Сумрак: Еще кто-то был - из адмиралов, имевших этот чин и в россйском флоте и в советском.

Kaiser_Wilhelm_II: Галлер был старшим офицером на "Славе" в ПМВ. Белли, кто конкретно из братьев - не помню... Возглавлял в 1924 г. комиссию по приему кораблей Бизертской эскадры.

denis: Kaiser_Wilhelm_II пишет: Белли, кто конкретно из братьев - не помню Главная > Военная энциклопедия > Военная история в лицах > Б > Белли В.А. Военная история в лицах Белли Владимир Александрович Белли Владимир Александрович [11(23).7.1887, С.-Петербург,— 1.7.1981, Ленинград, ныне С.-Петербург], советский военно-морской теоретик и историк, контр-адмирал (1940), кандидат военно-морских наук (1940), профессор (1945). На военной службе с 1903, в советском ВМФ с 1918. Окончил Морской кадетский корпус (1906), Минный офицерский класс (1913), при нём курсы радиотелеграфии (1914), два курса Института востоковедения (1922). С 1907 вахтенный офицер на линейном корабле «Цесаревич», в 1909—12 вахтенный начальник на крейсере «Аврора». Участник 1-й мировой войны: младший и старший минёр линейного корабля (1914—16), флагманский минёр штаба минной дивизии БФ (1916—17), помощник флагманского капитана штаба флота (август 1917—февраль 1918). Участвовал в спасении пострадавших при землетрясении в Мессине (Италия, 1908), а также в Ледовом походе БФ 1918. В Гражданскую войну в России 1917—22 командовал эсминцем «Капитан Белли» (1918—19), флагманский минёр в штабе Морских сил Балтийского моря (июль 1919—январь 1921). С 1921 в управлении военно-морских учебных заведений (до ноября 1922), затем военно-морской атташе при Полпредстве СССР в Китае (ноябрь 1922—июнь 1924), начальник иностранного отдела Штаба РККФ (июнь 1924—июль 1925), с июля 1925 помощник начальника Оперативного управления Штаба РККФ. С декабря 1926 по октябрь 1930 на преподавательской работе в Военно-морской академии. В октябре 1930 необоснованно арестован, в 1931 осуждён. В ноябре 1932 реабилитирован, восстановлен в кадрах ВМФ и направлен в Военно-морскую академию, где был старшим руководителем, а затем исполняющим дела начальника кафедры. С июня 1937 по 1949 начальник кафедры стратегии и оперативного искусства. В годы Великой Отечественной войны по совместительству возглавлял 1-й (командный) факультет академии. Летом 1942 и 1943 по 2 месяца находился на Северном и Балтийском флотах, одновременно руководил практикой слушателей командного факультета. С 1943 консультант международно-правового отдела Главного морского штаба, с 1944 читал курс морской стратегии в Высшей военной академии. Белли— автор многих научных работ по стратегии и оперативному искусству ВМФ, морскому международному праву и истории военно-морского искусства по опыту двух мировых войн. Участвовал в создании ряда фундаментальных коллективных работ по ВМФ. Белли—участник международных переговоров: в сентябре 1922 в составе делегации РСФСР с Японией в качестве морского эксперта, в июне 1925 в составе делегации на советско-финляндской конференции по вопросу поддержания порядка и содержания морских сооружений в Финском заливе. Награждён российскими орденами Св. Владимира 4-й ст., Св. Анны 3-й ст., Св. Станислава 3-й ст.; советскими— орденом Ленина, 2 орденами Красного Знамени, орденами Отечественной войны 1-й ст., Трудового Красного Знамени, медалями, иностранным орденом. ОН?

denis: denis пишет: Белли Владимир Александрович denis пишет: В Гражданскую войну в России 1917—22 командовал эсминцем «Капитан Белли» Круто)))))

Kieler: denis пишет: Круто))))) Так он правнук того Белли, в честь которого ЭМ и назвали... И назначили, похоже, именно из символичных соображений, типа, "Дело Белли живет и побеждает!"

denis: Kieler пишет: "Дело Белли живет и побеждает!" В Красном флоте ??? сомнительно

Kaiser_Wilhelm_II: Именно его я и имел в виду. А не посмотрел никуда потому, что решил полагаться на свою память. Еще: Сполатбог А.Н. С января 1918г. командовал пер-вой бригадой крейсеров. Совершив с ней ледовый по-ход, он в мае стал старшим морским начальником в Петрограде, а затем подвергся, как было принято, "ото-двиганию" с ответственных должностей, в 1926 г. был уволен из флота, затем служил в Черноморском паро-ходстве и в 1937 г. расстрелян по приговору тройки УНКВД по Одесской области. Братья Дмитрий и Алексей Белобровы. Служили в РККФ, сидели в лагерях в начале 30-х, затем - преподавательская деятельность.

Гайдукъ: Вот чтото вроде ссылочки Товарищи офицеры Первое комплексное исследование истории русского офицерского корпуса С.В. Волков. Трагедия русского офицерства. Российская историческая военно-политическая библиотека. - М.: 2000, 382 с. НА ДОЛЮ последнего поколения представителей русского офицерского корпуса выпали испытания, которых с лихвой хватило бы на многие и многие десятилетия. Иногда за несколько месяцев ношения офицерских погон на плечах приходилось расплачиваться всю оставшуюся жизнь. До недавнего времени не существовало ни одной комплексной работы, рассматривавшей судьбы тех людей, кто встретил 1917 год с его потрясениями для России с офицерскими погонами на плечах. Книга С.В. Волкова отчасти заполняет этот досадный пробел. Впервые мы видим комплексное исследование судьбы всего русского офицерского корпуса без ограничения его временными или географическими рамками. Автор на протяжении многих лет занимается историей русского офицерства, в первую очередь участием его в Белом движении. Новая работа является продолжением предыдущей книги - "Русский офицерский корпус", в которой рассматривалось развитие русского офицерства с момента его появления в начале XVIII века вплоть до крушения Российской Империи. Работа начинается с анализа изменений, происшедших с офицерством за 2,5 года Первой мировой войны, чрезвычайно сильно изменившей его "физиономию". Достаточно заметить, что к началу войны в русской армии было свыше 40 тыс. офицеров, а после двух с лишним лет тяжелейших боев с огромными потерями убитыми, пленными, покалеченными в 1917 г. - около 250 тыс. За три года Первой мировой в офицеры было произведено 220 тыс. человек - больше, чем за всю историю русской армии до этой войны. Далее рассматривается, как отразился на представителях офицерства революционный 1917-й... Разложение армии в результате всяких революционных экспериментов, унижение со стороны своих бывших подчиненных, бессилие и ожидание немецкой пули как избавления от зрелища позора тех, кого еще вчера водил в атаки. Все это довелось вполне вкусить русскому офицерству по мере "преобразования буржуазной в социалистическую", фактически поставившей офицеров вне закона. Начавшаяся в стране Гражданская война развела бывших сослуживцев по разные стороны баррикад, но только на одной стороне офицеры сохранили свои погоны, а вместе с ними и право называться офицерами без приставки "бывший" и послесловия: "а ныне - "военспец", "краском" и т.д. Принимая во внимание, что ни на одной из сторон абсолютного большинства офицеров не было, да и самих сторон в великой российской смуте было далеко не две, автор рассматривает участие офицеров как в Белом движении (на всех основных четырех фронтах: Юг, Восток, Север и Запад, а также борьбу в большевистском тылу), так и роль, которую играли бывшие русские офицеры в армиях лимитрофных государств, образовавшихся на развалинах империи, а также их службу у большевиков. Также прослеживает автор и дальнейшую судьбу людей, носивших офицерские погоны, их жизнь в эмиграции и в советской России. Работа написана на широчайшем массиве источников, в первую очередь на работах представителей русской эмиграции. Это вполне оправданно, т.к. советская историография данного вопроса сильно уступает исследованиям русских эмигрантов (пожалуй, за исключением лишь событий 1917 года и службы бывших офицеров в РККА), которые вместе со множеством воспоминаний участников событий "с той стороны" крайне слабо известны в России, а для многих исследователей и малодоступны (основной и далеко не полный массив работ разбросан по бывшим спец-хранам центральных библиотек). Использование материалов отечественных архивов по данной теме не является панацеей и мерилом "правдивости" исследования и профессионализма самого исследователя: архивные фонды "грешат" (не по вине архивистов) большими пробелами, многие документы погибли, часть была вывезена с отступавшими частями белых, часть до сих пор не разобрана. Более или менее полная обработка всех имеющихся материалов - дело не одного десятилетия и не одного десятка ученых. Монография доктора исторических наук С.В. Волкова служит прекрасным началом для исследования судеб русского офицерства начала XX века и его роли в событиях как отечественной, так и мировой истории первой половины уходящего века. Смеем надеяться, что обретенные страницы нашей истории не канут вновь в небытие.

Гайдукъ: Вот выдержки из книги ГЛАВА 5. Офицеры в армиях лимитрофных государств. -------------------------------------------------------------------------------- В результате исчезновения общероссийской власти на окраинах России образовался пояс самопровозглашенных государств: Польша, Финляндия, Эстония, Латвия, Литва, Украина, Грузия, Армения и Азербайджан. К концу войны среди русских офицеров было немало представителей соответствующих национальностей. Эти офицеры оказались в сравнительно лучшем положении. Если офицерам русской национальности после возвращения с фронта некуда было скрыться от террора, то первые, вернувшись домой, не только не попали в положение изгоев, но могли найти себе почетное место в новообразованных государствах, заинтересованных в командных кадрах для национальных армий. Большевики, признав независимость лимитрофных государств, не могли открыто препятствовать выезду туда офицеров-местных уроженцев. Это обстоятельство, кстати, спасло жизнь некоторому числу русских по национальности офицеров, родившихся на территории новообразованных государств (а таких было немало, особенно учитывая, что войска Варшавского, Виленского, Киевского, Одесского и Кавказского военных округов составляли более половины российской армии). Судьбы офицеров, выехавших на территории и вступивших в армии лимитрофных государств, складывались по-разному, поскольку эти офицеры отличались друг от друга и по убеждениям, и по возможности влиться в национальную среду этих государств. Одни вполне прониклись местным национализмом и с полной убежденностью принялись за дело создания национальных армий, другие (не только русские по национальности), оставаясь людьми русской культуры, были преданы идее государственного единства России, рассматривали свое положение как временное и стремились использовать его для борьбы против большевиков. Наконец, судьбы самих новообразованных государств оказались разными. Одни (Польша и Финляндия) сохранили независимость, другие (прибалтийские) просуществовали два десятилетия, третьи (закавказские) прекратили свое существование к концу гражданской войны, петлюровская же Украина фактически существовала лишь несколько месяцев, да и то лишь на небольшой части той территории, на которую претендовала. Украина. Сразу же после образования Центральной Рады в ее войсках служило множество офицеров - не только украинцев. К этим войскам к тому же автоматически причислялись все "украинизированные" части русской армии со всем своим старым командным составом - до 20 только пехотных дивизий (не говоря о том, что два фронта - Юго-Западный и Румынский были целиком объявлены украинскими). Как отмечал проходивший весной по югу Украины со своим отрядом М.Г.Дроздовский, "украинские офицеры больше половины враждебны украинской идее, в настоящем виде и по составу больше трети не украинцы - некуда было деваться... При тяжелых обстоятельствах бросят их ряды..." Один из начальников украинских дивизий на Юге Украины - ген. Натиев, вел переговоры о присоединении к отряду Дроздовского (в составе его дивизии было около 800 офицеров при 2000 солдат) (1065). Но среди украинских офицеров было и множество убежденных "самостийников". По приходе к власти гетмана, эти офицеры его не поддерживали, продолжая ориентироваться на Петлюру. Поэтому когда Директория во главе с ним стала формировать свою армию, недостатка в офицерах у нее, в общем-то не было. Все те, кто в трагические для русской армии дни осени 1917 г. способствовали ее разложению, ратуя за "украинизацию", теперь закономерно очутились у Петлюры. После крушения гетманской власти состав петлюровской армии был очень пестрым. Офицеры, вошедшие в армию во времена гетмана, не были не социалистами, ни националистами. После восстания против гетмана им ничего не оставалось, как признать Директорию, чтобы не попасть в руки красных. Многие из них стремились в белую армию и при удобном случае уходили к Деникину или в Западную Добровольческую армию (1066) (среди гетманских офицеров были и "федералисты", после падения гетмана в большинстве оказавшиеся в Польше: за Петлюрой как откровенным врагом России они пойти не захотели, но и Добровольческая армия, на знамени которой они не видели автономии Украины, их не привлекала (1067)). Как отмечал Д.И.Дорошенко: "Петлюра и его ближайшие сотрудники относились с глубоким недоверием ко всем старым офицерам, хотя бы они были чистокровными украинцами. И, встречая это недоверие на каждом шагу, старые опытные офицеры Генерального штаба, генералы, имеющие уже славный боевой стаж, не стремились особенно в ряды молодой украинской армии. Шли по большей части авантюристы, закончившие свою карьеру после многочисленных переходов и измен службой в советской армии." Высшие должности в армии занимали, разумеется, в основном кадровые генералы и офицеры. Среди лиц, занимавших посты военного министра, командующего армией и начальника штаба А.П.Греков, А.С.Галкин, М.В.Омельянович-Павленко, Н.Л.Юнаков, А.В.Осецкий, В.А.Синклер были генералами, В.П.Сальский, В.Н.Петров, П.И.Липко - полковниками, А.Жуковский, В.Тютюнник - подполковниками, А.Шаповал, Г.Сиротенко, Ю.Тютюнник и А.Долуд - младшими офицерами. Среди начальников дивизий 10% составляли бывшие генералы, 70 - кадровые офицеры и 20 - офицеры военого времени (для сравнения - в белой армии 30% генералы и 70 кадровые офицеры, в красной - 30% кадровые офицеры, 50 - офицеры военного времени и 20 - нижние чины) (1068). В украинской армии служило более двух десятков бывших генералов русской армии: генерал-лейтенанты бар. С.Н.Дельвиг, П.К.Ерошевич, Г.Е.Янушевский, генерал-майоры А.А.Рябинин, В.М.Бронский, Н.А.Коваль-Недзвецкий, С.И.Дядюша, А.Г.Бортновский, А.К.Феденяк-Белинский, С.Н.Кулжинский, Б.Поджио, А.С.Астафьев, Т.М.Протазанов, А.Годлевский, В.Баньковский, Ф.А.Колодий, В.П.Зелинский и др. Кроме того, ядро генералитета петлюровской армии составили кадровые штаб-офицеры, уже в 1917 г. проявившие себя как крайние националисты (к этому же типу относились почти все перечисленные выше лица высшего комсостава): полковники М.Н.Капустянский, Е.В.Мешковский, В.М.Кущ, Г.Базильский, Э.И.Башинский, А.Бурковский, В.Гудима, Н.Д.Ещенко, А.Козьма, П.Кудрявцев, Н.А.Никонов, В.В.Ольшевский, И.В.Омельянович-Павленко, А.В.Пилькевич, А.Пузицкий, В.М.Сварыка, В.Сикевич, Н.Ткачук, В.А.Янченко, Н.Н.Янчевский, подполковники В.А.Павленко, М.Д.Безручко, В.Е.Змиенко, М.С.Пересада-Суходольский, А.Д.Алмазов, а также обер-офицеры (в т.ч. и военного времени) подобных же убеждений - А.И. и Н.И. Удовиченко, А.Н.Вовк, Т.Гулый-Гуленко, А.Загродский, Н.Е.Шаповал, В.Г.Шепель, Н.Яшниченко и др. Некоторые из них по этой причине при гетмане не допускались на важные посты, а другие вовсе не служили в гетманской армии. Однако в общей массе украинского офицерства кадровых офицеров, особенно старших, было мало. В подавляющем большинстве это были младшие офицеры - сельские учителя, агрономы и т.д., призванные из запаса, или "офицеры военного времени" из крестьян и мещан, произведенные в генералы и полковники уже Директорией. У Петлюры же оказались, естественно, все те офицеры военного времени, которые были уволены из гетманской армии как обладающие наиболее слабой подготовкой (см.выше). Именно из этой среды вышли наиболее активные атаманы: Зеленый, Струк, Соколовский, и т.д.; прапорщик Петриченко и некоторые другие присоединились к Махно (1069). Потом, когда армия Директории была оттеснена на Волынь, многие из них стали предводителями разбойничьих отрядов (полковники Нечай, Струк, Мордалевич и другие). Знаменитый бандит Ангел тоже был петлюровским офицером, как и известный Н.А.Григорьев - бывший штабс-капитан, служивший сначала в гетманской, потом в петлюровской и Красной армиях и под конец никому уже не пожелавший подчиняться. Петлюровская армия имела по нескольку десятков офицеров на полк, офицеры составляли примерно 10% ее численности, а в конце существования - даже 25%. На 16.07.1919 г. всего в ней состояло 3023 офицера (при общей численности в 34 тыс.), в ноябре 1919 - мае 1920 г. в ее трех дивизиях (Зимний поход) состояло 479 офицеров (всего 4,3 тыс. чел.), в ноябре 1920 г. в армии было 3822 офицера (всего 15,5 тыс. чел.) (1070). Однако не все они были офицерами русской армии: часть была произведена Директорией, имелось немало предводителей повстанческих отрядов, никогда не служивших в офицерских чинах, а также некоторое число служивших в австрийской армии. Любопытны сведения о составе петлюровских офицеров, оказавшихся в 1921 г. в Рымынии (в основном из отошедшей туда 2-й пулеметной бригады). Из 235 офицеров 1 окончил академию, 13 - училище мирного времени, 214 - училище военного времени, 4 были из запаса и 3 произведены за отличие. 195 из них были в возрасте до 30 лет, 31 - 30-40 лет. Только 22 были женаты и 5 имели детей. 23 чел. имели университетское образование (в т.ч. незаконченное), 50 окончили гимназии и равные им заведения (еще 61 не успели их окончить), 56 - учительские семинарии, 45 - низшие училища, гражданские профессии имели только 28 человек. К 1931 г. их осталось 141: 12 умерли, 26 вернулись в СССР (14 для продолжения борьбы), 40 выехали в другие страны (1071). Большинство петлюровских офицеров после разгрома и конца гражданской войны осело в Польше. Многие из них служили в польской армии. Из них шестеро офицеров закончили польскую Военную академию Генерального штаба. В 1939 г. некоторые из них попали в немецкий плен. Несколько офицеров отличилось при обороне Варшавы, а генерал украинской службы, майор польской армии П.Шандрук после войны удостоился ордена "Виртути милитари". Проживавшие в Западной Украине в 1939 г. были уничтожены советскими органами (так, во львовской тюрьме "Бригидки" в 1939 году был замучен генерал-полковник УНР, бывший генерал-лейтенант А. Галкин). В годы Второй мировой войны многие бывшие видные петлюровские офицеры воевали в рядах Украинской Повстанческой Армии - бандеровцев. Так, генерал-майор российской кавалерии С. Кулжинский в 1943 году занимал должность инспектора конницы и погиб в боях с НКВД, отдельными отрядами командовали бывший офицер 15-го Украинского гусарского полка, полковник УНР и польский майор Н. Недзвецкий (погиб), полковники УНР (б. штабс-капитаны) Н. Литвиненко (умер в тюрьме), М. Омелюсик, Н. Ступницкий-Гончаренко (двое последних погибли, посмертно получив чин генерала УПА) и другие (всего на сегодняшний день известно более 30 человек). Бывшие офицеры УНР служили и в Украинской Национальной армии, сформированной в 1945 году на базе украинской 14-й дивизии войск СС "Галичина". Например, генералы УНР П.Ф.Шандрук (б.штабс-капитан) - командующий армией, М.М.Крат (б.подполковник), П.Дяченко (б.прапорщик; потом майор польской армии), Б.Барвинский (б.подпоручик; потом майор польской армии), а также В.Мальцов, И. и К.Мандзенко, П.Самутин, С.Яськевич и др. После окончания войны все они перебрались в Канаду, США или Австралию. Некоторые представители генералитета и офицерства УНР, проживавшие в странах Европы, после войны были захвачены органами СМЕРШа и НКВД. Так, в киевской Лукьяновской тюрьме скончался генерал-майор, бывший начальник штаба 2-го Гвардейского корпуса, генерал-поручик УНР В. Синклер. Неизвестна судьба генерал-майора, бывшего командира 12-й пехотной дивизии, генерал-поручика УНР П. Ерошевича, который находился под следствием в одесской тюрьме. Восемь лет лагерей (с 1948 по 1956 гг.) пришлось пройти генерал-майору, бывшему командиру Лейб-гвардии Егерского полка, занимавшему в 1919 году посты министра Украины и командующего Украинской Галицкой армии А. Грекову. Польша и Финляндия. Судьба Польши была предрешена еще до революции: после войны ей (в границах бывшего Царства Польского с передачей территорий, некогда аннексированных Пруссией и Австрией) предполагалось предоставить независимость. Поэтому в русской армии (подобно тому, как были созданы чешские легионы) формировались польские части. Корпус ген. И.Р.Довбор-Мусницкого, укомплектованный исключительно поляками, представлял уже, по существу, зачаток будущей польской армии. После непродолжительных боев с большевиками, пытавшимися его разоружить (в советской историографии именовавшимися "мятежом польского корпуса"). Кроме того, офицеры-поляки других частей вступали в нее, пробираясь в Польшу самостоятельно. Некоторые из них, желая продолжить борьбу с немцами, пробирались во Францию (45 таких офицеров, намеревавшихся уехать во Францию через северные порты, были схвачены 1 июля 1918 г. на московском вокзале). Польские формирования Й. Пилсудского существовали и в австро-венгерской армии. Всего к началу 1918 года в составе русской армии имелось на разной стадии формирования целых три польских корпуса, а в австро-венгерской армии - три польских легиона (по два полка каждый). Впрочем, на протяжении 1918 года все эти части были расформированы немцами, как явно ненадежные для них. Так, в феврале 1918 года 2-я Карпатская польская бригада австро-венгерской армии перешла в состав 2-го польского корпуса российской армии, что вызвало последующую ликвидацию обеих корпусов немецкими войсками. В конце 1918 г., после освобождения Польши от немецкой оккупации, на присоединение к польской армии была отправлена со всем оружием сформированная еще до того в Добровольческой армии из выделенных из частей офицеров-поляков бывшего 2-го польского коропуса бригада полковника Зелинского, которая стала 4-й стрелковой дивизией (1072). Большинство офицеров польской армии вышло из легионов Пилсудского, но бывшие русские офицеры составляли значительную часть польского офицерского корпуса (таких было довольно много среди взятых в плен в 1920 г.). В общей сложности в польской армии служило более 40 генералов русской армии; некоторые занимали видное положение (ген. Карницкий, полковник Дзеваницкий и др.), часть (и прежде всего сам Довбор-Мусницкий, резко расходившийся во взглядах с антироссийски настроенным Пилсудским) была впоследствии отодвинута в тень. Однако и ко времени II мировой войны в рядах польской армии было немало таких офицеров (в том числе и среди нашедших конец в Катыни). Выходцев из Финляндии (главным образом потомков шведского рыцарства) в русской армии было гораздо меньше, чем поляков, но все-таки не менее полутора-двух тысяч. Большинство из них вернулось на родину. Из тех 2-2,5 тыс. офицеров-эмигрантов, которые находились в Финляндии в 1919 г., немало было именно местных уроженцев. Они приняли активное участие в борьбе с местными большевиками, а затем служили в финской армии. Однако, хотя главнокомандующим ее был генерал-майор русской службы бар.К.Г.-Э.Маннергейм (ставший затем и главой финского государства), основу комсостава финской армии составляли все-таки выходцы из финских батальонов, сформированных во время войны в германской армии. Прибалтика. В сходном положении находились офицеры прибалтийских национальностей - литовцы, латыши, эстонцы. Как известно, в русской армии имелись две латышских дивизии и эстонские части, в которых и было сосредоточено большинство офицеров этих национальностей. После революции некоторые из них приняли участие в гражданской войне на обеих сторонах, но большинство вернулось на родину. Здесь они заняли командные должности в формирующихся национальных армиях и во главе их сражались с красными войсками (представленными в Прибалтике в значительной мере "красными латышскими стрелками"), а после войны занимали большинство высших должностей в небольших армиях прибалтийских государств. Из выпускников одного только Виленского военного училища (которое окончили многие уроженцы Прибалтики) в эстонской армии служило 39 офицеров, в латвийской 12, в литовской 16, в польской 6 (1073). С конца 1918 г. в Либаве латышским добровольческим отрядом командовал полковник О.Колпак, а после его гибели полковник Баллод, ставший осенью 1919 г. главнокомандующим, а впоследствии военным министром Латвии (1074). Русскими офицерами были начальники штаба латвийской армии Радзинь и Гартман, инспектор стрелков В.Кашинский, начальник пограничной стражи Ю.Янсон, среди генералов и старших офицеров латвийской армии были также кадровые офицеры Апин, А.Бауман, И.Цеплит, Лейтис, Либерт, Фрейман, Понэ, Кишкурно и др. Латвийская армия состояла из созданных в 1919 г. 4 дивизий (по 4 полка) и десятка отдельных частей. Эстонская армия включала 4 дивизии (2 полка и 12 отдельных батальонов) и по штату мирного времени имела 12,9 тыс. солдат при 1480 офицерах. Во главе ее с самого начала встал полковник И.Лайдонер (бывший и в 20-30-х годах ее главнокомандующим), среди эстонского генералитета и старших офицеров 30-х годов преобладали бывшие офицеры русской армии: военным министром был Н.Реэк, начальниками штаба армии - И.Соотс и И.Тырванд, заместителями военного министра - А.Ларка, П.Лилль и Т.Ротберг, главным интендантом - Р.Рейман, начальником военно-учебных заведений - И.Ринк, помощниками и начальниками отделов штаба армии - Р.Маасинг, И.Прей, В.Саарсен, начальниками дивизий - Я.Майде, Э.Пыддер, В.Пускар, А.Тыниссон, И.Унт, помощниками начальников дивизий и начальниками штабов дивизий - Э.Куббо, В.Мут, А.Сейман, Г.Туксам, комендантами Ревеля - И.Юнкур и О.Раудвере; среди других генералов и старших офицеров небольшой эстонской армии - Р.Томберг, Э.Эйн, К.Фрейман, Н.Стейнманн, И.Абель, В.Кюлаотс, П.Ойнас, К.Мутсо, Коххаль и др. Кроме того, бывших офицеров было немало среди видных политических деятелей Эстонии (начиная с президента К.Пятса): А.Ассор (министр юстиции), Й.Варес, Н.Вийтак (министр путей сообщения), О.Кестер (министр земледелия), М.Клаассен, Х.Круус, Х.Ойдерман (министр пропаганды), Р.Пенно, Й.Питка, А.Рей (премьер и министр иностранных дел), Й.Семпер, А.Сузи (министр просвещения), Й.Холберг (министр торговли и промышленности). Литовская армия состояла из 4 пехотных (по 3 полка и артбригаде) и кавалерийской дивизий. Военным министром Литвы был полковник русской армии К.Жукас, министром внутренних дел (генералом) - Чапликас, генералами (в т.ч. командирами и начальниками штабов дивизий) литовской армии стали также С.К.Жуковский, Настопка, Радус-Зенькович, Ладыго, Гловацкий, Томашевский, Якайтис, Шкапский, Лянскоранский, старшими офицерами - Саладжюс, Ишлинский, Балтушевский и др. Ряд офицеров, служивших в армиях прибалтийских государств, прибыли туда после гражданской войны из белых армий. Некоторые из них также занимали видные должности (например, инспектором артиллерии литовской армии был полковник Алексеевского артдивизиона О.Г.Урбонос). При оккупации этих государств Советами бывшие русские офицеры (как занимавшие старшие командные должности, так и прочие) были почти все расстреляны или отправлены в лагеря (1075). В частности из эстонской армии уже летом 1940 г. было уволено около 250 старших офицеров, а в июне 1941 г. арестованы и остальные. В сложном положении оказались офицеры из остзейских немцев, которым при враждебном отношении со стороны эстонцев и латышей, не было места на родине. Впрочем, подавляющее большинство их, столетиями связанных с российской государственностью и по своим взглядам и культуре практически не отличающихся от остальных кадровых русских офицеров, воевало в белых армиях, разделив их судьбу. Лишь очень немногие из них сразу же уехали в Германию. Но те, кто вернулся домой в Прибалтику, пытались организовать самостоятельную военную силу, способную защищать их интересы от агрессивного эстонско-латышского национализма (подавляющее большинство городского населения Прибалтики и практически все помещики были остзейскими немцами, и немало пострадали от него, вплоть до резни со стороны эстонцев и латышей). Инициатором создания Балтийского ландесвера выступил в октябре капитан 1-го ранга бар. Г.Н.Таубе, и на первом этапе практически все командование состояло из русских офицеров. Сначала командование предлагалось передать ген. Юновичу, затем общее руководство принял ген. бар. Фрейтаг фон Лорингофен (начальник штаба полковник фон Рихтер). В состав ландесвера входила как местная молодежь, так и балтийцы (воевавшие как в русской, так и в германской армиях). В середине ноября 1918 г. было сформировано 4 отряда, тремя из которых командовали русские офицеры (полковники Борнгаупт, бар. Деллингсгаузен и Рар), а также чисто русский отряд капитана Дыдорова и 3 латышских роты (всего около 1000 чел.); обучением всех частей руководил русский полковник фон Струве. Ландесверу вскоре же пришлось в союзе с латышскими национальными частями и русскими добровольческими отрядами вести тяжелые бои с собранными со всех фронтов и брошенными в Латвию красными латышскими полками. В составе него имелись батальоны, почти полностью состоявшие из офицеров. Ротами и эскадронами командовали русские офицеры остзейского происхождения - полковник бар. Клейст, бар. Ган и т.д. В январе 1919 г. в ландесвер поступило много германских офицеров, и он был преобразован по германскому образцу. Вследствие этого все русские офицеры оставили свои посты и большинство, за исключением молодых, служивших рядовыми, вышли из его рядов, объединившись в Ливенском отряде. В июле, когда по требованию англичан все германские офицеры покинули ландесвер, его возглавил капитан 1-го ранга бар. Таубе, а осенью, попав во власть латышей, он был преобразован в латышский полк (1076). В составе Эстонской армии воевал против большевиков составленный из остзейцев Балтийский полк. Эти части впоследствии были расформированы и некоторые их офицеры вошли в состав прибалтийских армий, а другие уехали в Германию (остававшиеся еще в Прибалтике офицеры-остзейцы перебрались туда перед занятием ее советскими войсками в 1940 г.). Закавказье. Хотя в русской армии существовали созданные во время войны грузинские, армянские и азербайджанские дружины, абсолютное большинство офицеров этих национальностей служили не в них, а в обычных регулярных частях. После развала армии они в основном вернулись домой и приняли самое активное участие в событиях, развернувшихся в Закавказье (хотя большинство кадровых офицеров этих национальностей, особенно старших, служило в белых армиях). После образования грузинского, армянского и азербайджанского правительств, немедленно было приступлено и к созданию национальных армий, чем занимались исключительно эти офицеры. В отличие от Польши и частично Финляндии, где офицеры русской армии были не единственным и даже не главным источником комплектования командного состава, здесь кроме них некому было возглавить национальные армии, создаваемые к тому же в условиях борьбы с турецким нашествием. Еще в период существования Закавказского правительства в составе его армии имелись грузинский и армянский корпуса под командованием генералов Габаева и Назарбекова, сражавшиеся с турками в течение полугода. 26 мая 1918 г. Закавказский сейм сложил свои полномочия, и 26-28 мая была провозглашена независимость трех закавказских государств. Если среди грузин и армян (которые несли службу в русской армии на общих основаниях) было достаточно много офицеров, то среди кавказских татар (азербайджанцев), которые служили только добровольно, их было очень мало. Во главе азербайджанской армии стояли, правда два весьма известных и выдающихся генерала русской армии генералы от артиллерии С.-Б.Мехмандаров (военный министр) и А.А.Шихлинский. В ней служили также генералы Талышханов, Халилов, Селимов, полковники кн.Магалов (бывший командир Татарского полка Кавказской туземной кавалерийской дивизии), Зейналов, Эфендиев, Каджар и другие, в большинстве получившие эти чины уже на родине. Некоторые специальные службы, в частности, военно-судебная часть, полностью были укомплектованы русскими офицерами (1077). После занятия большевиками Азербайджана те из них, кто не погиб, бежали в Иран и Турцию, а некоторые, как А.А.Шихлинский и М.М.Каджар, перешли на службу в Красную армию. Среди руководителей грузинской армии были генералы Арджеванидзе, Гедеванов (командующий народной гвардией), Джехадзе, Микадзе, Надиров, Сумбатов, Мдивани, Мачавариани (командующий фронтом у Гагр), Мазниев (б.подполковник), Вашакидзе (командующие фронтом у Сочи), Кавтарадзе, полковники Сумбатов, Тухарели, Шмагайлов, Церетели и др. За небольшим исключением все они получили эти чины от грузинского правительства (а некоторые были ранее военными чиновниками, приставами и т.д.), из генералов лишь двое-трое имели эти чины до революции. После поражения некоторые эвакуировались при помощи англичан, некоторые, как ген. Мазниев, перешли к большевикам, а большинство осталось в Грузии. Следует заметить, что офицеры, перешедшие на грузинскую службу, в большинстве своем не забывали о том, что были русскими офицерами и были настроены к Добровольческой армии и ВСЮР гораздо более благожелательно, чем их правительство, крайне неохотно участвуя в столкновениях с белыми частями (имевшими место из-за Сухумского района); обычно с командованием грузинских частей белым удавалось договариваться гораздо лучше, чем с политическим руководством. При отходе Добровольческой армии на кавказское побережье многие из них (например, командир дивизиона полковник Журули) помогали ее офицерам избегнуть плена и перебраться в Крым (1078). Позже, в эмиграции такие офицеры не отделяли себя от белых офицеров и состояли в одних с ними организациях. Поступали на грузинскую службу и офицеры-негрузины. В частности, многие из проживавших в Сочи в 1918 г. видя в грузинах вольных или невольных союзников Добровольческой армии против большевиков, поступили на службу в отряд Мазниева, значительно усилив его и численностью и качеством (1079). Армянские власти относились к русским вполне лояльно, и на службу широко принимались не только армяне, а все русское офицерство. Из одного только Эриванского гренадерского полка в армянской армии служили ген. Вышинский (вскоре умерший) и 4 штаб-офицера (1080). Армянскую армию возглавляли генералы Багдасаров, Назарбеков, Пирумов (бывший полковник 153-го полка), Дро, Силиков, Хачатуров, Шелковников, полковники Корганов, Дандаров, Нжде, и др. Как и в грузинской армии, большинство их имело на русской службе более скромные чины, но, например, генералы Назарбеков (бывший начальник 2-й Кавказской стрелковой дивизии), Шелковников, Пирумов, были генералами и в русской армии и обладали достаточным боевым опытом. Осенью 1920 г. армянской армии во главе с этими офицерами пришлось отражать турецкое наступление и одновременно вести бои с большевиками, начавшиеся еще в мае, причем некоторые офицеры ее с самого начала перешли на сторону Красной армии: так в начале мая в Александрополе поступили офицеры 1 конного полка во главе с его командиром полковником А.П.Мелик-Шахназаровым (среди них был и будущий красный маршал Баграмян), бронепоезда "Вартан Зоравар" во главе с капитаном С.Мусаэляном, и сам начальник гарнизона города ген. Хачатуров (вскоре убитый). Другие же продолжали бороться до самого конца (восстанием в Зангезуре в октябре 1920 г. руководили полковник Нжде и поручик Тер-Давидянц, в апреле 1921 г. еще оказывали организованное сопротивление отряды во главе с Мартиросом, Луничем, Каро-Сосуни, Сумбатом и Тархановым). Большинство офицеров дашнакской армии осталось в Армении, в Турцию и Иран эмигрировало очень небольшое их число. Вообще количество офицеров в закавказских армиях было невелико. В азербайджанской армии всего насчитывалось не более 30 тыс. чел, следовательно, не более тысячи офицеров (в Баку, правда, имелось юнкерское училище на 500 чел). Армянская армия была такой же численности, грузинская к февралю 1921 г. насчитывала около 35 тыс. чел. так что количество офицеров во всех этих армиях вряд ли было больше 5-6 тысяч.

Гайдукъ: Из 29 офицеров кадра и выпускников Читинского военного училища полковником китайской армии стал Репчанский, двое - подполковниками, 6 - майорами, остальные - капитанами и поручиками, четверо погибли (1226). Среди погибших в китайской армии 12 выпускников Хабаровского кадетского корпуса (1227).

Гайдукъ: Всю книгу можно найти в нете. К сожадению никак не освою ссылки посему даю дорожку http://www.white-guard.ru/articles/trag_rus_ofic.htm

Alexey RA: Странно, что забыли одну примечательную личность: "первого красного адмирала" - вице-адмирала Немитца: "Немитц Александр Васильевич (26.7.1879, село Котюжаны Бессарабской губернии - 1.10.1967, Ялта), русский контр-адмирал (август 1917). Образование получил в Морском кадетском корпусе (1900) и Николаевской морской академии (1912). Служил на Балтийском флоте, затем переведен в Морской Генштаб. С4.10.1910 преподаватель Николаевской морской академии. С 23.6.1914 командир канонерской лодки «Ардаган», входившей в состав Каспийской - военной флотилии. Во время войны служил в Ставке Верховного главнокомандующего. В 1915 командир канонерской лодки «Донец», в 1916 -дивизиона эскадренных миноносцев Черноморского флота. 3.12.1916 награжден Георгиевским оружием. В 1917 командир Минной дивизии Черноморского флота. В авг. 1917 назначен командующим Черноморским флотом. В 1919 вступил в РККА. В августе - октябре 1919 - начальник штаба Южной группы войск 12-й армии. Участвовал в разгроме войск ген. П.Н. Врангеля в Крыму и создании Рабоче-крестьянского Красного Флота на Черном и Азовском морях. С февраля 1920 по декабрь 1921 - командующий Морскими силами Республики и одновременно управляющий делами Народного комиссариата по морским делам. Затем на научно-преподавательской работе. В 1941 произведен в вице-адмиралы."

Сумрак: Сумрак пишет: Еще кто-то был - из адмиралов, имевших этот чин и в россйском флоте и в советском. Alexey RA пишет: Странно, что забыли одну примечательную личность: "первого красного адмирала" - вице-адмирала Немитца О, вот про него я и говорил, ни как не мог вспомнить фамилию. У меня и мемуары его есть. А по офицерам вообще, есть же сайт Лихачева Лихачев Кроме этого, надо порыться в мемуарах Тихменева, там в конце был большой перечень фамилий с краткими данными.

denis: Kaiser_Wilhelm_II пишет: 937 г. расстрелян по приговору тройки УНКВД по Одесской области. Уточняю состовляем список служивших на время Второй мировой войны.

besour: Ралль Юрий Фёдорович [29. 3 (10. 4). 1890, Уфа,— 16. 9. 1948, Ленинград], советский военачальник, вице-адмирал (1941). Чл. КПСС с 1942. В ВМФ с 1918. Окончил Академич. курсы при Военно-мор. акад. (1926), до Окт. революции — Мор. корпус (1912). Служил вахтенным нач-ком и ком-ром эсминца (Подвижный ????). После Окт. революции перешёл на сторону Сов. власти. В Гражд. войну проходил службу на Балт. флоте, был ком-ром эсминца, флагманским штурманом флота и ком-ром линкора «Марат», участвовал в боях против белофиннов на Ладожском оз. п против англ, интервентов. После войны — на командных должностях Балт. флота. С 1926 нач-к Военно-мор. уч-ща им. М. В. Фруттзе. С 1930 зам. нач-ка Управления мор. сил, с апр. 1932 ком-р отряда учеб, кораблей Балт. флота. В 1932—35 ком-р бригады крейсеров Черномор, флота. В 1935—41 преподаватель Военно-мор. акад., нач-к кафедры Военно-политич. акад. им. В. И. Ленина, нач-к управления боевой подготовки ВМФ. В годы Великой Отечеств, войны ком-р вост. позиции и ком-р минной обороны Балт. флота, с сент. 1941 нач-к штаба флота; с янв. 1943 командовал эскадрой кораблей, затем Кронштадтским мор. оборонит, р-ном. После воины нач-к кафедры Военно-мор. акад. Награждён орденом Ленина, 4 орденами Красного Знамени, орденами Нахимова 1-й степени, Ушакова 2-й степени, Отечественной войны 1-й степени и медалями.

Kieler: besour пишет: В ВМФ с 1918. Окончил ... Мор. корпус (1912) Как одно соотносится с другим? Что он делал шесть этих непростых для страны лет???

Zlыdenь: Kieler пишет: Как одно соотносится с другим? Что он делал шесть этих непростых для страны лет??? Очевидно, служил на флоте, но не на советском

Kieler: Zlыdenь пишет: Очевидно, служил на флоте, но не на советском Ах, ну да, история человечества же вообще начинается с 1917 года...

denis: Kieler пишет: Ах, ну да, история человечества же вообще начинается с 1917 года... А история Красного флота именно с 1918г.

denis: besour пишет: до Окт. революции — Мор. корпус (1912). besour пишет: В годы Великой Отечеств, войны ком-р вост. позиции и ком-р минной обороны Балт. флота, с сент. 1941 нач-к штаба флота; с янв. 1943 командовал эскадрой кораблей, затем Кронштадтским мор. оборонит, р-ном. Не плохая карьера для выпускника 1912 года.

besour: Биография взята из БСЭ, а у них точно история с 1917 года начинается.denis пишет: Не плохая карьера для выпускника 1912 года. На 1941 год -29 лет службы, не так уж и мало для начальника штаба КБФ

Dirk: Сумрак пишет: надо порыться в мемуарах Тихменева, там в конце был большой перечень фамилий с краткими данными. Очевидно, Вы имеете в виду мемуары С.Н. Тимирева? ТАм в конце большой биографический справочник, составленный А.Е. Иоффе. Kieler пишет: Исаков, ЕМНИП, из последнего выпуска Морского корпуса Отдельные гардемаринские классы ("черные гардемарины") Kaiser_Wilhelm_II пишет: Братья Дмитрий и Алексей Белобровы. Еще Андрея забыли (01.10.1894 - 08.01.1981), МК (1914 I), инженер-капитан 1 ранга запаса (1950). В период ВОВ - зам. начальника ВВМУ им Фрунзе. Рекомендую: Лурье В.М. Адмиралы и генералы Военно-морского флота СССР в период Великой Отечественной и советско-японской войн (1941 - 1945). СПб., 2001. Там подробные биографии многих выпускников МК и других училищ.

Dirk: Вы уж извините, для скорости просто процитирую свою же рецензию на труд С.В. Волкова, который всех оставшихся служить красным принципиально игнорирует (кроме отдельных репрессированных): В. М. Лурье «Адмиралы и генералы Военно-Морского флота СССР в период Великой Отечественной и советско-японской войн (1941–1945)» (СПб., 2001). Из представленных в ней биографий 378 человек, имевших адмиральские и генеральские звания в указанный период, видно, что 54 человека получили первые офицерские или гражданские чины до 1917 г., еще трое начали высшее образование в военно-морских училищах до революции (этих последних, затем участвовавших в Белой борьбе или оказавшиеся в эмиграции, С. В. Волков также учитывал в своей книге). Если же из 378 адмиралов вычесть 61-го сотрудника особых отделов, трибуналов, работников медицинской службы, то получим 317 собственно «морских» адмиралов и генералов (в том числе инженеров и кораблестроителей). Итак, 57 человек из 317 фактически получили образование до создания РККФ – 18 %. Действительно, большинство из них не командовали в 1941–1945 гг. кораблями и соединениями, находясь на научной и преподавательской работе, но вклад их в подготовку Победы был весом.

RateR: Интересную шутку сыграла жизнь с РККФ: К 1930 году почти абсолютное большинство офицеров русского флота было вытеснено на "преподавательскую и научную работу". Т.е. превращены из "командиров" в "чиновников", не имеющих в подчинении ни какой "военной силы". Но именно эта масса блестящих преподавателей "старой школы" - воспитала следующее поколение советских командиров... И СОХРАНИЛО ПЕРЕЁМСТВЕННОСТЬ ОТ РУССКОГО ФЛОТА К СОВЕТСКОМУ. "Связь времен" не распалась! А могла... Ох, пошёл я флеймить, но... В средине 20 -го века в Советском Союзе существовала фантастическая культура преподавания, во многом сегодня утраченная. Меня восхищает качество послевоенной "научно-популярной литературы", у которой я не гнушаюсь учиться писать. Именно эти учителя, вышедшие из царской системы образования, эти "буржуи недорезанные" - подняли поколение, вышедшее в Космос и в Мировой Океан. И чью судьбу кратко и емко выражает фраза: " Как хороши, как свежи будут розы... моей страной мне брошенные в гроб". …Две вещи неизменно потрясают меня в нашей стране: Абсолютная наказуемость любого добра… и абсолютная этого добра не уничтожимость. Извините, что не в тему.

denis: Dirk пишет: Действительно, большинство из них не командовали в 1941–1945 гг. кораблями и соединениями, находясь на научной и преподавательской работе, но вклад их в подготовку Победы был весом. Вот именно к этому я и вел свой поиск))) Но все же интересно а на других флотах других стран участниц второй мировой кто нибудь из Русских морских офицеров был? (опять же не обязательно на кораблях, но на действительной флотской службе)RateR пишет: Но именно эта масса блестящих преподавателей "старой школы" - воспитала следующее поколение советских командиров... И СОХРАНИЛО ПЕРЕЁМСТВЕННОСТЬ ОТ РУССКОГО ФЛОТА К СОВЕТСКОМУ. RateR пишет: Извините, что не в тему. Как раз в тему))))

denis: RateR пишет: Итак, 57 человек из 317 фактически получили образование до создания РККФ – 18 % А по моему это много даже очень много. С учетом что после 17 года до 41 прошло уже 24 года практически четверть века.

Kieler: Dirk пишет: Итак, 57 человек из 317 фактически получили образование до создания РККФ – 18 %. Т.е. мнение о практически поголовном истреблении "офицерья", мягко скажем, не вполне соответствует действительности...

Сумрак: Kaiser_Wilhelm_II пишет: Сполатбог А.Н. С января 1918г. командовал пер-вой бригадой крейсеров. Совершив с ней ледовый по-ход, он в мае стал старшим морским начальником в Петрограде, а затем подвергся, как было принято, "ото-двиганию" с ответственных должностей, в 1926 г. был уволен из флота, затем служил в Черноморском паро-ходстве и в 1937 г. расстрелян по приговору тройки УНКВД по Одесской области. По Сполатбогу завтра вывешу более подробный послужной список. Dirk пишет: Очевидно, Вы имеете в виду мемуары С.Н. Тимирева? ТАм в конце большой биографический справочник, составленный А.Е. Иоффе. Я его почему всегда переименовываю :). Он самый. Иэ этого списка всплыл контр-адмирал Киткин 56. Киткин Петр Павлович (13.06.1876—18.09.1954) — контр-адмирал Императорского флота (21.07.1917), контр-адмирал Советского флота (5.11.1944). Окончил Морской кадетский корпус (1896), Минный офицерский класс (1900). Флаг-офицер Учебного минно-артиллерийского отряда Черноморского флота (1899). Во время русско-японской войны участвовал в обороне Порт-Артура (1904). Командовал миноносцами № 131, 132 (1907), «Прозорливый". Флагманский минный офицер Штаба командующего Дивизией миноносцев Балтийского флота (1908), Штаба начальника 2-й Минной дивизии (1909), Начальник Партии траления мин заграждения Балтийского моря (1912). Командовал канонерской лодкой "Грозящий" (1913-1914), Дивизией траления (1917—1918), Дивизией минной обороны Балтийского моря. Перешел на службу в РККФ. Начальник Минной обороны Балтийского моря (1920). Председатель Научно-технической комиссии мирно-тральных опытов (1922—1923), Минной секции НТК Морских сил РККА, начальник Минного полигона (1924). Председатель Комиссии морских минных опытов (1927—1929). Выведен в резерв РККА с назначением заведующим Конструкторским бюро НТК Управления ВМС (1931). Заведующий Конструкторским бюро Научно-исследовательского минно-торпедного института (1932). Старший научный руководитель Института по вопросам минно-торпедного оружия (1.06.1935—12.1940). Во время Великой Отечественной войны находился в распоряжении Военного совета КБФ. Доктор технических наук. Награжден Георгиевским оружием (30.09.1916). Ну и наверное первый "красный" адмирал - Модест Васильевич Иванов (1875 г.р.). Умер только в 1942 г.

Dirk: Сумрак пишет: Ну и наверное первый "красный" адмирал - Модест Васильевич Иванов (1875 г.р.). Умер только в 1942 г. Да, но в WWII не участвовал.

Dirk: А вот парочка людей с "другого берега": Зальца (в эстонском флоте – Салза) 1-й Герман Эдуардович, барон (04.04.1885–23.01.1946), капитан 2 ранга (28.07.1917), контр-адмирал эстонского (24.02.1928) и германского (17.02.1940) флотов. Уроженец г. Гапсаль. Обучался в Императорском Александровском лицее, окончил Морской корпус (1906); штурманский офицер 1 разряда (1912), морской летчик (1915). Участник Первой мировой войны. С 10.02.1917 – и.д. старшего офицера линейного корабля «Петропавловск», утвержден в должности 28.07.1917, с 16.12.1917 командовал данным кораблем. Служил в РККФ, с 16.06.1918 – флаг-капитан по оперативной части штаба командующего Балтийским флотом, уволен от службы приказом по Балтфлоту от 11.10.1918. С 03.01.1919 являлся младшим штурманским офицером эсминца «Lennuk», с 29.01.1919 – начальником штаба эстонского флота; 18.06.1919 г. перешел в Северо-Западную армию. Вновь начальник штаба (20.01.1920–01.03.1925), командующий (01.03.1925–22.03.1932) ВМС Эстонии. Являлся членом Военного совета Эстонии (с 1925 по 15.10.1939), преподавал военно-морские дисциплины в Военном и Высшем военном училищах (с 1920). В 1937–1939 гг. являлся администратором Международной комиссии по невмешательству во внутренние дела Испании в порту Шербур. В октябре 1939 г. принял германское подданство и поселился на территории захваченной Польши. В чине контр-адмирала призван в ВМС Германии, но с 29.02.1940 г. находился в резерве. Арестован в г. Познань в апреле 1945 г. Умер в Бутырской тюрьме (Москва). Вейгелин Георгий Евгеньевич (08.02.1886– 1945?), старший лейтенант (06.12.1915). Из дворян Оренбургской губ., уроженец г. Оренбурга. Окончил Неплюевский кадетский корпус в Оренбурге, в котором преподавал его отец (1903), Морской корпус (1907), Военно-морское отделение Николаевской морской академии (1914); штурманский офицер 1 разряда (1915). Плавание корабельным гардемарином совершил на эскадренном броненосце «Цесаревич» (15.06.1906–15.04.1907). Служил в Сибирской флотилии, где плавал на миноносцах «Смелый» (с 13.06.1907), «Скорый» (с 28.07.1907), № 209 (с 24.09.1907), минном транспорте «Монгугай» (10.10.1907–10.06.1908), на крейсере «Жемчуг» (15.11.1908–09.05.1910; вахтенный офицер, вахтенный начальник, и.д. старшего штурмана), командовал миноносцами № 205 (10.06–16.09.1908), 211 (30.05–16.07.1910), «Лейтенант Малеев» (21.11.1910–23.02.1912). Вахтенный начальник и штурманский офицер транспорта «Таймыр» (13.08–21.11.1910). По окончании академии служил на Балтике: командир посыльного судна № 222 (1914–1915), и.д. старшего офицера минного заградителя «Волга» (29.11.1915–1916), командующий подводной лодки «Тур» (с 05.01.1917), на которой в конце 1917 г. совершил три выхода на боевые позиции. За участие в Первой мировой войне удостоен мечей и банта к ордену Св. Анны 3 ст. (08.06.1915), орденов Св. Анны 4 ст. с надписью «за храбрость» (31.03.1916), Св. Станислава 2 ст. с мечами (30.05.1916), Св. Анны 2 ст. с мечами (26.07.1916). В апреле 1918 г. при уходе флота в Кронштадт остался в Гельсингфорсе; в период немецкой оккупации Ревеля работал электриком. В эстонском флоте с декабря 1918 г. – командир-инструктор (военный советник) на канонерской лодки «Lembit» (бывший «Бобр»), затем – эсминца «Lennuk» (бывший «Автроил») (02.01–18.06.1919). Участвовал в боях у Локсы и Кунды. Во время зимней стоянки одновременно и.д. начальника Школы специалистов флота (02.02–12.04.1919). В Северо-Западной армии с 18.06.1919: командовал бронепоездом «Адмирал Эссен», батальоном 23-го Печерского полка, участвовал в осеннем наступлении на Петроград, зимой 1919–1920 гг. командовал ротой тяжелых танков Отдельного танкового батальона; за боевые отличия удостоен трех орденов (Св. Владимира 4 ст. с мечами и бантом, Св. Станислава 2 ст. с мечами, Св. Анны 2 ст. с мечами). Отказался вернуться на службу в ВМС Эстонии. Занимался реализацией сельхозмашин, затем жил на мызе Вынну под Хаапсалу, был совладельцем мельницы, позднее – капитаном буксира. В 1929–1933 годах служил в Департаменте водных путей Министерства путей сообщения капитаном плавучей компрессорной станции и земснаряда «Хииглане», а также был по совместительству руководителем взрывных работ на порогах верхнего течения р. Наровы. 06.11.1939 выехал в Германию, жил на территории б. Польши (г. Познань (Поосень)). В 1944 мобилизован на строительство оборонительных сооружений, затем зачислен в один из отрядов фольксштурма. Предположительно погиб под Плоцком.

Dirk: Очень скользкий тип, которого почему-то полюбил г-н Черкашин: Новопашенный Петр Алексеевич (06.03.1881– .10.1950), капитан 1 ранга за отличие (28.07.1917). Окончил Морской кадетский корпус (1902), гидрографическое отделение Николаевской морской академии (1910). В кампании 1902 г. служил и.д. ревизора на балтийском броненосце береговой обороны «Адмирал Грейг», в 1903 г. был в охране острова Тюлений, затем вахтенным начальником на эскадренном броненосце «Севастополь» в Порт-Артуре (по 13.03.1904), участвовал в бою с японским флотом 27.01.1904, с марта состоял в распоряжении заведующего минной обороной контр-адмирала М.Ф. Лощинского, затем служил на мореходной канонерской лодке «Сивуч» (в Инкоу). Вахтенный офицер (с 06.08.1904), и.д. ревизора (06.01.1905–18.11.1907) крейсера I ранга «Россия» во Владивостоке и при возвращении на Балтику; за участие в Русско-японской войне удостоен орденов Св. Анны 4 ст. с надписью «за храбрость» (05.07.1904) и Св. Анны 3 ст. с мечами и бантом (12.08.1907). Старший флаг-офицер штаба командующего 2-м отрядом минных судов Балтийского моря (12.11.1907–30.09.1908). С 10.01.1911 по 11.03.1913 состоял при Николаевской главной астрономической обсерватории, в кампании 1912 г. являлся производителем гидрографических работ в Отдельной съемке Балтийского моря. Командующий (с 18.03.1913, вступил в должность 08.05.1913), командир (с 12.12.1913) гидрографического транспорта «Вайгач», помощник начальника Гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана (с 18.03.1913 по 01.10.1915). За участие в легендарном плавании Северным морским путем 19.10.1915 объявлено монаршее благоволение, награжден орденом Св. Анны 2 ст. (12.11.1915). Командир эсминцев «Десна» (с 23.11.1915), «Константин» (29.02–31.10.1916). Помощник начальника Службы связи Балтийского моря (с 07.12.1916). С лета 1919 г. – начальник отдела разведки и контрразведки Северо-Западной армии, находился в Ревеле. Астроном-наблюдатель в Гринвичской обсерватории (1920–1921), затем проживал в Германии, с середины 30-х гг. – дешифровальщик в германской армии. Арестован в 1945 г. г. Ринглебене (Тюрингия). Умер в пересыльном лагере под г. Орша.

Сумрак: Dirk пишет: Очень скользкий тип, которого почему-то полюбил г-н Черкашин: Новопашенный Петр Алексеевич А мне, честно говоря, "Месть Блаженной земли" в свое время очень понравилась. Особенно про братьев фон Транзе. А про дешифровальщика интересно откуда информация?

NMD: Dirk пишет: Очень скользкий тип, которого почему-то полюбил г-н Черкашин: Новопашенный Это, вероятно, из-за аттестации сабжа Бахиревым после Моомзунда.

denis: Классно! вот сколько интересных людей из небытья всплывает. Спасибо Дирку Сумраку и всем всем всем. Давайте продолжать. Dirk пишет: В эстонском флоте с декабря 1918 г. – командир-инструктор (военный советник) на канонерской лодки «Lembit» (бывший «Бобр») Вот интересно полчается у эстонцев было аж два Лембита и что характерно оба служили в русском (советском) флоте. Видно дух Лембита не хотел быть слишком самостийным так и стремился в единую Россию.

Сумрак: denis пишет: Но все же интересно а на других флотах других стран участниц второй мировой кто нибудь из Русских морских офицеров был? (опять же не обязательно на кораблях, но на действительной флотской службе) Помниться, на эту тему в "ФМ" была заметка. Кто-то из мичманов служил, то ли в французском, толи в американском флоте и погиб во время военных действий. Завтра пересмотрю, если не забуду. Вроде бы 3/2005 "Эмигрантские судьбы".

RateR: У меня есть табличка на примерно 300 фамилий "бывших", состоящих в РККФ на начало 1932 года составленная по "Списку начальствующего состава..." (Аналог царских "Ежегодников")... Но она изначально очень халтурна и в ней полно косяков-висяков...



полная версия страницы